Келья

Вхожу в пространства комнаты старинной
Во крепость неба и дерев молчанье.
Подвижный свет и капли стеарина –
На ключ скрепленное меж дощек[1] знанье.

Потом, потом я прочитаю книги –
Здесь время замыкает круг вселенных –
Я глажу их тяжелые вериги,
Вбираю добрый дух страниц нетленных.

Как мысль тиха и вечеру покорна,
Играют тени с черными ветвями.
Здесь светлы слезы, а печаль – просторна…
Здесь Прошлое не расставалось с нами.

25.08.97

---

[1] На буковых дощечках – дощках – была вырезана книга Велеса – Священное Писание славян.

Нас придумали боги

Мы не есть результат

бесконечности перерождений.

Нас придумали боги,

то ли дети, играя в слова.

Мы не знаем могил,

нам неведомы даты рождений,

И стяжание жизни,

что под пеплом возводит трава.

Нас качают моря,

где свободным от всяких пределов

Нам открыты пространства,

и сердца, и цветы на земле.

Проступаем сквозь твердь

под ладонью, испачканной мелом,

Оставаясь в картинах

высоко на гранитной скале.

Не увязнут в веках

наши гордые вольные песни,

Не утонут в болотах,

в топких хлябях пустой суеты.

Нам опора – крыла

той души, что из стран Поднебесья,

Что посмела твердынею

стать

для безумной своей мечты.

29.11.94

Хранитель

По вольной глади океанских вод,
так мчащихся во исступленьи диком,
что кажется недвижим их полет,
скользила тень от крепости великой.

И в разные эпохи-времена
По-новому менялись очертанья
Крестообразной тени. И стена
Обрушивалась в бездну, как в изгнанье.

Обрушивалась в бездну суеты…
Но крепости гранитная опора
Легко парит над стенами воды,
Лелеющими тень сего Собора.

И старец, убеленный сединой,
касаясь карты позабытых странствий,
ведет по свитку трепетной рукой
и грезит о покрытых льдом пространствах.

И карта о проливах четырех
Глядит, глядит в века срединным оком…
Благословен, кто древнее сберег.
Хранитель сопричтется ко пророкам.

18.10.97

На том берегу

Мы повстречались на том берегу –
Там, где струится каленое небо,
Там, где туманится звездная небыль,
Мы повстречались на том берегу.

И наугад посмотрели в окно:
В светлом окладе полярного лета,
В резких порывах холодного ветра,
В зоревых сполохах света – одно

Доброе слово полярных былин…
Видим твою белоснежную землю,
Шепоту сердца влюбленного внемля
В громах торосов сверкающих льдин!

Остров в резном обрамлении гор –
Вотчина солнца и вечного лета -
Небо над ним преисполнено света,
В коем парит разноцветный собор…

Вот и остались на том берегу
Мы навсегда. Где бы только ни были
Наших дорог бесконечные мили,
Сердцем остались на том берегу.

21.12.97-28.03.08

Лунный мир

Лунный мир, ты все дальше и дальше –

Игровая площадка судьбы.
Берег сонный ни позже, ни раньше
Потеряет цветы у воды.

Небо ближнее вспыхнет порою,
Прорезая великую тьму.
Вновь и вновь отвечает зарею
Небо дальнее, вторя ему.

И домашнее теплое море
Закружится в воронке пустой.
Я смотрю, не ропща и не споря,
И не крикну в порыве: – Постой!

Я ступила на добрую пристань,
Где-то ждет меня берег иной,
Снег не тронутый следом,
и чистый
Бьет родник от зари золотой.

11.01.98

Северный ветер

Мое детское сердце нашел
Ветер сильный, зовущий с Севера.
По цветистому полю пошел
Я за ним, утопая в клевере.

Обещал он высокие льды
И торосы во славу велию,
Полный ковшик студеной воды,
А в конце всей дороги – келию.

Как-то сразу поверил ему,
Не спросил – как пройду безтвердие,
Малярийные топи в дыму…
Вдруг напрасным будет усердие?

А теперь я почти недвижим –
Позабытый огонь фонарщика…
Что ж, по-прежнему не достижим
Дивный край моего «обманщика».

01.09.97

Сварожья

И рек Сварог, что сотворил землю:
сотворены вы рукой Моей,
 и наречетесь Божиими сынами…
дощечка Велесовой книги

Я говорю вам: солнца вы! –
Не может быть иначе…
Нисходит ль солнце до травы?!
Слепец ведет ли зрячих?!

Сияйте, умоляю вас,
В своих вселенных светлых.
Внимайте, дети, каждый час
Мелодиям заветным.

И прорастайте в вышину
Деревьями благими.
Войти не бойтесь в тишину –
Прохладную – нагими.

Нестрашно, что кружит кольцо
Сует и непогоды.
Но бойтесь отвернуть лицо
Перед лицом Свободы.

29.09.97