Стена

Я слышу как шепчут за этой Стеною:
Созиждутся стены Небесного Града!
Сияет звезда над воротами сада
И мостик калиновый стал за спиною

Над речкой Черемухой – речкою черной
Идут чернецы, исчезая куда-то...
Там мир без лукавства, душа без заплаток, –
Так шепчется кто-то в молитве упорной.

Там тонкие струны, там дивные звери
За легкой оградой дерев и растений.
И тает преграда от их песнопений;
Я чувствую, слышу: Стена эта – ДВЕРИ...

О святости царя Николая

© Дмитрий Логинов, О святости царя Николая (из бесед с Тихоном Арконовым), 06.05.1999.

Тягостен, тягостен этот позор –
Жить, потерявши царя!
Николай Гумилев

7 ноября 1998г. свершилось чудо. Принадлежащая хирургу Ивану Белиниченко икона Николая II, Государя-мученика, святого, не прославленного пока Церковью на земле, начала мироточить.

В последних числах апреля 1999 с ней совершались крестные ходы по Москве, икона следовала от храма к храму. На некоторое время она была помещена в ограде восстановленного храма Христа Спасителя около образа Богоматери Державной, обретенного в день вынужденного (да и - скорей всего - выдуманного) отречения Государя.

Узнав об этих событиях, я вспомнил одну из давних бесед с Арконовым. Она была про цареубийство и вдруг вспыхнула в памяти очень ясно, во всех подробностях. Тихон говорил о святости царя Николая, принесшего себя в жертву за Землю Русскую. Эта святость, он говорил, откроется еще миру.

Истина в вине

ВИНО 
In vino veritas. Истина в вине. Почему так говорят?
Сейчас принято считать это слово заимствованным у латинян, причем не очень давно. Но, это слово, во-первых, древнее, очень древнее. А во-вторых, оно заимствовано от Арктов, из языка пращуров. И поэтому оно родное, русское. Так же как и виноград. Почему растение с вкусными сочными ягодами названо: Город Вин? 

Ключ к разгадке в слове ВИН, у кельтов – гвин. Древнейшее значение – белый, изначальный, исконный. Отсюда происходят такие слова, как русское «вина» и английское «винтер» (зима = белая земля).

Многое становится понятным. Растение виноград произрастало в Белом Городе или в Городе всех Начал. Таковым была столица Арктиды – Пола, гербом которой было Солнце с человеческим ликом. И, наоборот, Сын именем Солнце Христос-Даждьбог сравнивал Себя с виноградной лозой: Я – Лоза, а вы – ветви (Инн 15; 5).

Ведизм как исконный гнозис

© Дмитрий Логинов, 23.01.2013

В начале прошлой лекции мы рассматривали пространную цитату из Алексея Лосева. Краткая выжимка из нее такая:
Есть категория, по сравнению с которой вера и знание представляют лишь несамостоятельные, абстрактные моменты. И это – ВЕДЕНИЕ, равноправно вмещающее в себе и веру и знание, и не способное осуществиться ни без веры, ни без знания. Это простейшее диалектическое, а вовсе даже не вероучительное единство. Но понять его позволяет лишь соответствующий мифологический, то есть чисто жизненный опыт. Я называю такую мифологию абсолютной. Она всегда ведение, ГНОЗИС». Лосев А.Ф., книга «Миф – число – сущность» (М., Мысль, 1994).
Тут имеется помимо того, что рассматривали мы в прошлый раз, еще один интересный момент. Слова «ведение» и «гнозис», вы заметили, Лосевым написаны через запятую.
Справедлива ли такая запятая?

До разрыва меж верой и знанием был ведизм

© Дмитрий Логинов, До разрыва меж верой и знанием был ведизм (фрагмент лекции), 21.01.2013

Мифология подразделяется на абсолютную и относительную. Точнее – на абсолютную мифологию и относительные мифологии.
По крайней мере, такую классификационную основу предлагает Алексей Лосев, недооцененный гигант начала и середины прошлого века:
«Вопреки относительной мифологии, выставляющей на первый план то веру без знания, то знание без веры, абсолютная мифология признает одинаковую, совершенно равноправную ценность и веры, и знания. Причем объединение веры и знания совершается и не по типу веры и не по типу знания…
Вера, как того требует диалектика, не может осуществиться без знания; и даже есть само знание (или вид его). Знание не может осуществиться без веры и, в сущности своей, и есть не что иное, как вера (или вид ее)…

война-любовь

Война нас бросила друг к другу.
Мы это поняли не вдруг.
Кружила огненная вьюга,
Очерчивая узкий круг.

Ты мне сказал: -
«Смотри, где страшно.
И крепко за меня держись,
А остальное всё неважно…
Тогда есть шанс у нас на жизнь».

Твоя спина щитом мне стала -
Живым щитом - от верных пуль.
Пронзительных команд кинжалы
Прошли сквозь сердце, в полный нуль

Скрутив остатки своеволья…

И вот пришла она – любовь.
Среди огня, смертей и боли
Мы родились как будто вновь.

А, может быть, и не рождались.
А просто встретились глаза,
Когда мы подкрепленье ждали
И носа высунуть нельзя - 

Такая нынче заварушка…
Война-любовь венчает нас
В разбитой РПГ церквушке,
С иконы смотрит строгий Спас.
С иконы смотрит вечный Спас.

2 января 2013

Переплетающиеся травы

Когда я увидела его в первый раз – он был мимолетен, суров. Лежала светло-серая пыль на его наплечнике. Наверное, это ему случилось падать в бою. Но, видимо, он успел вскочить и отбить удар. Теперь, управляя собственной колесницей вместо заколотого возничего, он только прокричал мне что-то хрипло и неразборчиво, коротко; и – кони унесли его по дороге куда-то за горизонт, где горел пожар…

И – я его почти не запомнила. Ни лица, ни тела. Лишь отпечатался как-то неизгладимо в памяти… почему-то – узор на его доспехах.
На этом самом запыленном наплечнике. И на шлеме. Переплетающиеся травы.